Доброго времени суток! Вы находитесь на сайте районного клуба творческих личностей "МАСТЕРА".
 
Рубрики
Творчество Мастеров Творчество наших читателей Библиотека История Покровского края История Орловского края Мир духовный Заметки на доброту дня Фотографии Покровского края Видеотека Поездки и заседания Доска объявлений Новости О сайте "Мастера" Обратная связь RSS - лента Виджет для Яндекса Приложение для Android

Нужна помощь!

Реквизиты для оказания финансовой помощи по строительству часовни во имя Вознесения Господня в селе Трудки


Стена сайта
Всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0
Просмотров сегодня:
Яндекс.Метрика
Посетителей сегодня:


Твиттер "Мастеров"

Главная » История Покровского края » События и люди Покровского района во время Великой Отечественной войны

Выдающийся хирург Николай Амосов – на Покровской земле
Опубликовано: 08.10.2018.

Николай Михайлович Амосов при жизни был известен, прежде всего, как учёный-медик, хирург высочайшей квалификации, удостоенный не только званий доктора медицинских наук и Академика Академии наук Украинской ССР, но и звания Героя Социалистического труда.

Гораздо меньшему числу граждан знакомы его новаторские методики в кардиологии и торакальной хирургии, дискуссионные работы по геронтологии, проблемам искусственного интеллекта и рационального планирования общественной жизни («социальной инженерии»).

Николай Михайлович Амосов

А ещё он был кибернетик и писатель, на счету которого – почти два десятка научных и популярных книг. Николай Михайлович прожил долгую жизнь (1913-2002), похоронен он в Киеве на Байковом кладбище.

Ещё в 1975 году Амосов выпустил из печати книгу воспоминаний о своём участии в Великой Отечественной войне как практикующего хирурга, под названием:

«ППГ 2266 (Записки полевого хирурга)».

ППГ – это аббревиатура, означающая «Полевой передвижной госпиталь». Н.М.Амосов был главным врачом одного из них. Из его воспоминаний (главы «Угольная» и «Весна и лето.43 год») становится известно, что несколько месяцев только-только начинавший свою звёздную карьеру хирург Амосов находился в прифронтовом ППГ-2266, который с февраля по июль размещался на территории Ливенского и Покровского районов Орловской области.

Прибыл Николай Михайлович поездом на станцию Русский Брод, оттуда добирался через Покровское (Демидово) в деревню Угольную, находившуюся в трёх километрах, где и размещался в течение месяца ППГ-2266. Было это в первых числах февраля, сразу же после окончания Сталинградской битвы и в момент начавшегося наступления 48-ой армии, развернувшей наступление на Змиёвку – Орёл.

Вот что написал Амосов о деревне Угольной и начале своей работы:

«В деревне домов сто, разбросанных в радиусе полутора-двух километров. Третья часть их разрушена или сожжена. Между домами - окопы, наполовину засыпанные снегом. Здесь был передний край нашей обороны. В центре деревни есть школа, но от нее остались только стены и крыша.

Почти все надворные постройки в домах уже разобраны на топливо, и дрова будут большой проблемой. Пустых домов, пригодных для жилья, нет. Большая часть занята ранеными, в других - разные службы тылов дивизии, которые все еще не уехали.

Но раненых нужно принимать, и наше первое дело - развернуть перевязочную. Наконец нашли избу, из которой только что уехали постояльцы. Довольно большая комната и рядом, за печкой, закуток. На себе приволокли минимум вещей и поставили два стола - стерильный, для инструментов, и операционный. Канский установил в сенцах автоклав, и часам к трем операционная-перевязочная была готова»

Напряжённая работа здесь продолжалась около месяца. О том, как и при каких условиях ППГ-2266 переместился на территории Покровского района, цитирую окончание девятой главы «Угольная» и всю десятую главу:

«8-го утром (марта – А.П.) получили новый приказ: "Передислоцироваться в деревню Кубань (да, только село – современного Столбецкого сельского поселения – А.П.), развернуться и 9-го принять раненых". Опять "своим транспортом". А лошадей только семь... С помощью запасного полка и через Стрелку (это населённый пункт в Верховском районе – А.П.) мы вывезли двести раненых. Осталось еще около ста, но только восемнадцать совершенно нетранспортабельных. Их помогут отправить запасники.

10 марта началось "великое переселение". Отличное морозное утро. У штаба выстроилась колонна: пешая команда и четверо саней, запряженных клячами, на которые погружен наш "первый эшелон" - имущество. Все сестры и санитары, кого можно высвободить от раненых, снарядились идти пешком. Вещмешок, сухой паек на два дня - и с богом! Майор, Быкова, я, Чеплюк и еще трое человек из команды должны выехать завтра утром на машине - в нее мы нагрузили кухню и продукты. Погода такая, что снабжение может прерваться в любой момент. Без перевязок можно прожить, без еды - никак.

- Ну, воинство, трогай!

Пошли медленно - глубокий снег нанесло за ночь. Майор смеется:

- Как в Арктику отправляем!

Следующим утром выехали на машине и мы. До Кубани добирались два дня. Заносы...

 

Глава десятая. ВЕСНА И ЛЕТО. 43-й ГОД.

Наступление приостановилось, и медсанбат, который мы должны сменить, из Кубани не ушел. Мы жили рядом с ними еще десять дней. Перезнакомились и даже подружились. Они - гвардейцы. Гордые! Ведущий хирург в орденах - картинка.

Хорошие весенние дни. Проталины появились на косогорах, уже грачи галдят на высоких ветлах. Типичная орловская деревня: домишки маленькие, в два оконца, крыши крыты соломой. Взяли деревню 6 марта, целенькую. Фронт остановился в пяти километрах. Слышны пулеметные очереди, артобстрел. По улице снуют солдаты в валенках, несмотря на сырость, ездят подводы - иные на полозьях, как зимой, другие - уже по-летнему, на колесах. Офицеры всех рангов: здесь стоят тылы дивизии.

21 марта наши друзья-медсанбатовцы вдруг собрались уезжать и ночью передали нам сто пятьдесят раненых, в том числе тридцать нетранспортабельных - после операций. Передача была простая: перенесли раненых из своих палаток в хаты, старшие сестры сосчитали простыни и носилки под нетранспортабельными - и до свидания! Правда, терапевт из госпитального взвода рассказал немножко о своих подопечных "животах", "грудниках" и "черепниках", что лежали у него в двух хатах.

Братская могила в селе Кубань

(в ней лежат – погибшие

и те, кого спасти после тяжёлых ранений не удалось)

На этот раз мы развернулись отлично. Соблюдены все элементы организации потока и гигиены, хотя мы еще далеко не в полном составе. В Угольной еще оставалась большая группа людей, часть имущества. Но было главное - время на развертывание и команда выздоравливающих, рабочая сила.

Мы открыли "Кубанский университет". Решили провести серию серьезных занятий с сестрами, изложить им основы военной хирургии. Наши девушки кончали только трехмесячные курсы и ничего не знают. Занимаемся каждый день по три часа. Кстати, к явному удовольствию майора...

Раненых поступает мало. Бои затихли совсем, сведения с других фронтов тоже неутешительные. Оставлены Харьков и Белгород. Зато наш родной Западный фронт перешел в наступление, освободили Ржев, Гжатск и Вязьму. У Бочарова в Калуге была работка!..

Приезжало начальство. Сначала хирург ПЭПа, тот самый усатый Вася Лысак, потом начальник ПЭПа - Xитеев. Вспоминал:

- Где ваша настольная лампа?

Всем остался доволен. Посидел в перевязочной, познакомился с девушками. Особенно понравилась ему Лида Денисенко.

Лида Денисенко и впрямь замечательная. Такой работницы я еще не видел. Притом очень милая. Я тоже "положил глаз". Хотя и отягощен отношениями с Лидией Яковлевной. Мужская природа и на войне берет свое.

После Угольной отлично живем и работаем. Перегрузки нет, в госпитале порядок. Стреляют? Ну, что ж, фронт рядом...

Введено слово "офицер", погоны и новая форма. Медики приравнены по званиям к строевым. Теперь у нас тоже будут медицинские лейтенанты, майоры, полковники, генералы. Интересно, что же дадут мне?

* * *

Переживаем новый этап деятельности - медсанбатовский. Другие заботы и тревоги: святая святых медсанбата - "груди" и "животы". Так вот, "животы". Вообще проникающих ранений в живот - порядочно. Старая истина: нужно доставить в МСБ в первые шесть часов. Позднее не справиться с шоком, потом - с перитонитом. Бочаров преподал мне истины брюшной хирургия: оперировать быстро, но тщательно. Иначе у пятидесяти процентов после лапаротомии - осложнения, перитониты, межкишечные абсцессы, расхождения раны и т. и.

Вторая проблема - "грудь", "грудники". Три вида ранений груди: первый – не проникаюшие в плевральную полость. Это самые легкие, никто не умирает, контингент ГЛР. Следующий: проникающие без скрытого пневмоторакса - маленькие ранки, слипаются, воздух из полости плевры не выходит, повреждения легких небольшие. И эти протекают легко. Наконец, третьи - раны с открытым пневмотораксом. Раны такие большие, что воздух входит и выходит в плевральную полость. Легкие, как правило, повреждены. Опасностей много: в раннем периоде шок - от нарушения акта дыхания и кровотечения, позднее - инфекция. Открытые пневмотораксы, наряду с проникающими ранениями в живот, - главный объект больших операций в медсанбате, их первая забота. Установка: нужно зашить рану грудной стенки, не обращая внимания на раненое легкое. Так все делают. И наш медсанбат таких же раненых оставил нам. Уверенно оставил, дело сделано хорошо. Они бы их эвакуировали на шестой день, вполне довольные. Но мы не эвакуировали, и все обернулось не так.

Три дня было терпимо. Пунктировали, отсасывали кровь, эксудат - до литра в день... На восьмой день повязка стала обильно промокать, а на десятый-двенадцатый начал проходить воздух. Еще через пару дней вовсе развалились раны и открылись зияющие отверстия, через которые виднелось легкое. Пневмоторакс открылся вторично. Правда, катастрофы не произошло, дыхание существенно не нарушилось, и шок не развился, так как легкое частично приросло к грудной стенке, но состояние раненых ухудшилось: прогрессировал сепсис. Он развивался куда быстрее, чем при ранениях конечностей...

Естественно, пробовали ушивать разошедшиеся раны. Бессмысленно... Швы держали не более трех-четырех дней, потом все повторялось. Значит, и здесь нельзя исправить ошибку медсанбата. Нужно попытаться сделать операцию более радикально. Мы разработали методику, проделали на трупах, а вскоре вынуждены были применить ее.

Санитар из команды выздоравливающих бросал гранату, баловался, должно быть. Бросать не умел, граната разорвалась рядом, получил множественные ранения рук и две раны в грудь - обе небольшие, но с открытым пневмотораксом. Оперировали парня по новой методике: широко иссекли рану, резекцировали куски соседних ребер, вскрыли плевру, подшили к ребрам диафрагму, стянули целые ребра, потом все тщательно зашили послойно. Зашили и кожу. Это важно. Каждый день ему делали пункции, отсасывали кровь и жидкость. На пятый день он уже ходил, а на двадцатый выписали на работу. (Майор был особенно доволен, потому что можно было не сообщать о ЧП начальству и в особый отдел).

Был еще один похожий случай - и тоже полный успех. К сожалению, оперировал по два часа. Это страшно долго. Но и это еще не конец. Если имеется большая рана легкого, то никакое ушивание груди не даст эффекта. Нужно вмешиваться внутри, на легком!

К сожалению, все эти сложные способы ушивания, отсосы, вмешательства на легком ничего не стоят: нет времени для сложных операций... Это наш Подольск, Калуга первых дней. Угольная. Сознание этого убивает. Не должно быть такого! Если военачальники имеют возможность маневра, санитарная служба тоже должна это иметь. Раненых спасать можно и самых тяжелых - вот к какому выводу приходишь на исходе второго года войны. Военная хирургия недостаточно еще разработана: примеры - "бедра", "коленки", "грудь". Даже шок. Надо создать элементарные условия - маневром, транспортом.

* * *

А между тем идет весна на Орловщине. Середина апреля, садики около хат покрылись легчайшим зеленым пушком - распускаются почки. Солнце светит и греет. Пахать надо. Но никто не пашет в деревне с названием Кубань, хотя возвращаются хозяева, собираются восстанавливать колхоз.

Грязь. Страшная грязища. Проселочные дороги совершенно непроезжие. Только "студебеккеры" медленно плывут в море грязи. Солдаты носят мины на передовую на спине.

"Кубанский университет" закончил работу. Принял экзамен. Доволен: квалификация сестер, несомненно, повысилась. Прислали двух врачей-мужчин. Один - "холодный уролог" из Москвы, другой - не поймешь кто. Скорее всего, временный персонаж... Уролог Гамбург - лет сорока - до этого был в полку. Так там намерзся за зиму, что даже около печки не расстается с меховым жилетом и наганом. "Холодный" - потому что не оперировал, только лечил промываниями...

Иногда выпадает свободная минута, почему-то хочется почитать, но книг взять негде. Приходит "Красноармеец" с Василием Теркиным, ждем его с нетерпением. Газеты достаются редко. Сводки - тоже нерегулярно.

Раненых - человек сорок, транспортабельных понемногу эвакуировали. Теперь полный штиль.

* * *

С 20 апреля целый месяц провел на курсах ведущих хирургов в Ельце при фронтовой госпитальной базе типа Калуги. Назад - уже на новое место, в деревню Ворово (село, конечно – А.П.), - возвращался на санитарном самолете. Впервые в жизни. Лежал в ящике, где раненых возят. Понравилось. Жаль только, что мало этих самолетов. Добрался в полночь. Сухо, тепло, сады... Только домов не видно - деревня разрушена в зимнее наступление. С трудом нашел в этой странной пустыне наш госпиталь - палатки увидел. Сердце билось, будто домой возвращался после долгой отлучки. Тут же ночью все осмотрел... Разбудил перевязочную команду - они спят в маленькой лагерной палатке. Выскочили в рубахах, обцеловали меня. И сразу показывать. Как же, без меня развертывались, сами.

Деревня совершенно разрушена, только кое-где остались стены. Сколько потрудились, пока крыши над этими стенами возвели! Зато не госпиталь - картинка! Но мы, перевязочная, в палатках...

Среди больших яблонь три палатки друг за другом: предперевязочная - маленькая, потом перевязочная - большая, еще дальше - снова маленькая-операционная. "Колбаса". Мы так еще в Кубани спланировали, и теперь всегда так и будет. Отличный блок. Рядом - госпитальные палатки.

В общем, все было развернуто, как надо. Похвалил и пошел спать в дом. Дом - это только название. Крыша покрыта ветками и при каждом дожде течет, как решето. Поэтому внутри еще натянута лагерная палатка.

Развернулись на 200 коек, по всем правилам. Но раненых приказано держать минимум. Хирургия у нас теперь первоклассная. Сделал отличную операцию аневризмы правой подключичной артерии - раненый был совершенно на грани гибели. Гемоглобин - восемнадцать процентов! Опухоль под правой ключицей величиной с детскую голову. Пульсирует и жужжит, даже страшно смотреть. Без меня были здесь Вася Лысак и армейский хирург, профессор Д. Лида им показывала раненого - отказались оперировать. "Отправляйте самолетом". А какая отправка, если у него из ранки постоянно сочится кровь и температура 39! Мальчишка еще - боец Егоров, 19 лет. Все прилично сделал, трудно было очень и страшно.

Проверяли свои установки по ранениям груди, продуманные в Кубани. Все правильно. Четырем раненым ушил пневмоторакс - удачно.

Ну, а "бедра"? "Коленки"? Самое время показать, что может сделать в войсковом районе опытный хирург. Ведь в любое время возможен переезд. Все же мы наложили восемь высоких гипсов на бедра и на суставы. Осложнений не было.

В общем, все подтвердилось. Самых тяжелых раненых можно хорошо лечить, если рано и правильно. Для этого нужно или много полевых госпиталей, или отличный транспорт. Транспорт даже лучше.

Всю весну ходили слухи, что немцы готовят наступление. Мы теперь, конечно, не те, но все же...

Большак от нас за два километра, и хорошо слышно, как идут наши танки и тракторы на позиции. Ждали грозы.

И она пришла.

В ночь на пятое июля услышали канонаду: глухой постоянный гул... Остаток ночи не спали. "Началось!" Утром привезли первых раненых... Они и сказали: немцы наступают на Курск. Потом пришли более подробные сведения: главный удар пришелся на наших соседей, на 13-ю армию. Из нашей в зону ожесточенных боев попали только две дивизии.

Мы ждали большого потока, а получили всего восемьдесят человек. Все они были обработаны в МСБ, поэтому никаких проблем не возникло. Раненые прибывали в отличном настроении.

- Не поддаемся. Ни шагу не отступаем, как он ни бесится. Он танки - и мы танки. Самолетов наших - тучи!

Пять дней мы работали и слушали артиллерию, расспрашивали раненых: "Как там?" Был страх - вдруг наши не удержатся. Но нет, все хорошо. Канонада стала стихать, поступления раненых почти прекратились... УСТОЯЛИ.

10 июля узнали, что некоторые ППГ, которые летом были свернуты, пошли вперед. Значит, нужно и нам готовиться. Все возбуждены. Наступать! Вперед!

Впрочем, память об Угольной еще свежа. Все приготовлено для переезда. Первая очередь - перевязочная и отделение на пятьдесят коек с минимальным запасом медикаментов и еды. Это у нас вмещается в машину.

13 июля мы снова услышали канонаду и почувствовали: пришел наш черед».

Если читатель внимательно прочитал весь этот отрывок из военных воспоминаний Амосова, то понял, что очень многое в ходе операций знаменитый хирург придумал на Орловской земле – в Угольной, Кубани и Ворово. Ещё один знаменитый деятель советской науки оказался связан с нашим краем.

Александр Полынкин,

автор благодарит Дмитрия Коренева за найденную ссылку на размещённые в интернете воспоминания Н.М.Амосова.


Источник: http://ukrainiancomputing.org/AMOSOV/PPG2266-8_r.html#p8_1
Нашли ошибку? Есть что добавить? Напишите нам: klub.mastera@yandex.ru
Рубрика: События и люди Покровского района во время Великой Отечественной войны | Добавил: admin (08.10.2018)
Читали статью: 76
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Войти ]
Облако тегов

Надоела реклама?

Смотреть панорамы Покровского: 360 градусов.


Внимание! Акция.

Создадим вместе, покровчане!


Мнения читателей
Последние комментарии:
12.06.2018
Мой отец Маяков Николай Николаевич 1925 г.р. тоже служил в 558 Гаубичном Артиллерийском Краснознаменном полку, 35 Гаубичной Перновской бригаде, 15 Артиллерийской Ленинградской Краснознамённой и ордена Суворова 2-стюдивизии прорыва РГК.

09.06.2018
А.М., добрый день! А про ЦДК забыли?

08.04.2018
Да, предполагать можно, но - в любом случае - это требует документального подтверждения

08.04.2018
Браво,Александр Михайлович! Сколько краеведов работали над этой темой! Получилось только у Вас.С нетерпением ждём продолжения. В ответе городского головы губернатору говорится о лазарете.Можно ли предполагать,что это следующее за домом Л. здание на Борисоглебской по направлению к казармам? https://vk.com/id26825....8256900

03.04.2018
Да, уважаемая НепарамоноваЮ, бывало, что и я писал под псевдонимом, но не подставлял других. А Вы так печётесь о свободе мнений и дискуссий, но свою фамилию даже под такой ерундой, как высказаться по поводу "Концепции" открыто, боитесь поставить. Ещё раз оставлю Ваш Ник, но если снова выйдете под ним, удалю. А если Вы не захотите читать сайт - это Ваше право, читайте другие и выходите там под какими угодно Никами. И не надо в очередной раз высказываться и решать за других: то они у Вас "терпилы", то читать не захотят... Каждый сам решает, что и как ему делать - Вы - вот так, "с подставой", а другим (и мне) это не нравится.
P.S. Кстати, мне, как админу, звонила настоящая Парамонова Ю. и спрашивала, кто это прикрывается её фамилией и можно ли определить эту персону?

03.04.2018
Александр  Михайлович,  ну  икто после  всего этого,  после ваших удалений комментариев  будет  читать сайт?  А как же  мнения  других людей,  обсуждения,  дискуссии?  Или  у  Вас такой  принцип:  что  не  нравится – то удаляю?   Вы  постоянно  меня  упрекаете меня  моим  ником,  типа  «нужнописать только под своим имененем».   А  ответьте  на  вопрос: Вы  в своей  жизни  всегда  печатались  в  газетах,  журналах  и  винтернете  под  своим  именем?   Вы длякого вообще пишите?  Если для людей, тоуважайте мнение этих людей,  даже  отличное  от  Вашего. Или  Вы  пишите  длясебя  и вашего клуба?  Типа сам написали –сами прочитали?   Если,  это  так,то тогда  все  понятно.

02.04.2018
Я удалил комментарий - во-первых, можно ведь написать  туда, где есть как раз материал по концепции ("Концептуальненько"), а во-вторых, по поводу псевдонима я уже говорил, опять желание скрыться за чужой спиной?

31.03.2018
Игорь Тушкин.  В 2006 году работал в  Нижнекуначенской школе. В ней  располагался  филиал Покровской школы  искусств. Теперь там одни развалины. Слава партии!


Погода

Регистрация

Мы рядом

 Индекс цитирования Клуб "Мастера" 2.0 ©  2011г.-2018г.