Автобус «Орёл – Ливны» не спеша подошёл к посадочной площадке. Пассажиры, одуревшие от жары, сонно потянулись к двери автобуса. Они мирно рассаживались по своим местам, доставали кто газету, кто журнал, чтобы, обмахиваясь, облегчить себе путешествие. Меня провожала дочка, и мы ещё стояли, пытаясь продлить дорогие минуты пребывания вместе. Она давала мне последние советы и вдруг спохватилась и достала из сумки симпатичный веер: — Вот, возьми. Не кондиционер, конечно, но лучше чем газета. Наконец, я уселась и смотрела на дочь из окна. Господи! Как же я её люблю…
28 мая – юбилей одного из самых активных и жизнерадостных членов Покровского районного клуба «Мастера» - Лилии Алексеевны Новиковой. Она родилась в маленьком посёлке Малороссов (местные называли его Стегновкой) современного Топковского сельского поселения. Лилия была первым ребёнком в многодетной крестьянской семье (восемь детей) Алексея Петровича и Марии Семёновны Новиковых. Как она вспоминала позже – «в детстве нянчила младших, пасла коров, убирала сено и – читала книги», которые её и воспитали…
Люблю смотреть я на огонь Осень как-то сразу привалила, Загудели недовольные ветра. Я камин сегодня затопила. Холодно. Видать, уже пора… Вот сижу я в кресле у огня. Мне уютно. На душе – покой. Поленьев треск баюкает меня – Как люблю смотреть я на огонь! А вчера ещё жара стояла, Но недаром мухи лезли во все щели. Мухи! Окаянные созданья! Как вы мне за лето надоели!…
Деревня Отрадное уже месяц изнывала от жары. Телята повыгрызли всю траву на лугу. Хозяйки рвали сорняки с огорода и подкармливали телят. Особенно хорошо шла повилика. Этой траве никакая засуха была не страшна. Небольшой прудик наполовину высох. Немногочисленные утки и гуси спасались в этой большой луже. Старухи упорно молотили сухую землю тяпками, по возможности, - поливали, но толку было мало. Дед Елисей, сидя под рябиной на скамеечке и прислонившись к полуразвалившемуся забору, разглагольствовал: «Дохлый номер, бабы! Зря только юбками трусите. Скоро всю воду из колодцев повычерпаете, а толку – ноль. И самогонку нечем будет запить!» Рядом с Елисеем всегда сидел худощавый с виду мужичишка с вечной…
Отец достраивал новый дом в селе Никольское, когда мне исполнилось 12 лет. Осенью мы переехали из Стегновки.
Как сейчас помню, мы с отцом перевозили наш нехитрый скарб: стол, кровать, три табуретки, сундук с тряпьём, несколько подушек, люльку, вёдра, кастрюли. Последней вечером привели корову. Она ревела, вращала от страха глазами и упиралась всеми четырьмя ногами. Овец, поросёнка и птицу привезли ещё раньше. На старой усадьбе остались только пчёлы. Мать не участвовала в перевозках, она вот-вот должна была родить шестого ребёнка и…
Когда мне было лет десять, у нас в Стегновке, на Стехином бугре, построили птичник. Вернее, это был просто курятник, ибо других каких-либо птиц там не водилось. Длинное приземистое здание с маленькими окошками было видно издалека. Вместо стекла на окнах были железные решётки, а на воротах висел огромный амбарный замок. На несколько метров вокруг сарай был огорожен забором. Забор был высокий, дощатый, и просто так посмотреть на то, что находится внутри, было невозможно. Но мы нашли в одной доске дырочку и по очереди подглядывали в неё. Сторожил это хозяйство всё тот же…
Зимой моя мать не ходила на работу, а отец работал на конюшне. Однажды одна лошадь сломала ногу, беднягу пришлось прирезать, а конюху дали большой кусок конины. Из этого мяса мать нажарила котлет. Боже! Какая это была вкуснятина! Мы хватали эти тёмные кругляшки прямо со сковородки и ели, почти не пережёвывая. Никогда в жизни я не ела ничего вкуснее! Причём, котлеты эти были рубленые, ведь о мясорубках тогда и не слышали, и мать мелко порубила мясо и лук топором, а потом обваляла их в ржаной муке. В тот день, когда произошли ниже описанные события, мама растопила печку…
Стёхин бугор в нашей деревне был примечательным местом. На самом ее краю располагалась ровная, как по заказу, площадка в виде трапеции. Один овраг был мелким, летом ручеёк там высыхал, весь овраг обрастал полевыми цветами, а второй был глубоким, на дне его всё лето стояла вонючая зелёная вода. Вот это-то место и называли люди Стёхиным бугром. Весной здесь появлялись первые проталины – и местные ребята, а также молодые мужики открывали сезон игры в лапту. Мой отец тоже играл в такой команде. Ему тогда было чуть за тридцать, но он к тому…
Мы с Васькой, наверное, были бы добрыми приятелями, если бы не Жорка. Он был на два-три года старше и стравливал нас, как петухов.
«Что ты с ним дружишь, вон он разоделся, как барин, пальто новое надел по самые пятки! Врежь ему! Чтобы не задавался».
А Васька и не задавался. Когда мы были вдвоём, то всё у нас было мирно. Особенно я любила ходить с Васькой «на дело» – за яблоками в чужой сад залезть, за огурцами в соседский огород. Но когда Жорка говорил «Врежь ему!», я без сожаления…
Вот так история, может, и сейчас там будет гостиница, артистов поселили бы, которые приедут к нам на Играй, гармонь в Покровском. Действительно, очень нужно было бы, и не только для Играй Гармонь. 🪗