Доброго времени суток! Вы находитесь на сайте районного клуба творческих личностей "МАСТЕРА".
 
Рубрики
Творчество Мастеров Творчество наших читателей Библиотека История Покровского края История Орловского края Мир духовный Заметки на доброту дня Фотографии Покровского края Видеотека Поездки и заседания Доска объявлений Новости О сайте "Мастера" Обратная связь RSS - лента Виджет для Яндекса Приложение для Android

Нужна помощь!

Реквизиты для оказания финансовой помощи по строительству часовни во имя Вознесения Господня в селе Трудки


Стена сайта
Всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0
Просмотров сегодня:
Яндекс.Метрика
Посетителей сегодня:


Твиттер "Мастеров"

Доброго времени суток! Вы находитесь на сайте районного клуба творческих личностей "МАСТЕРА"
ГлавнаяТворчество мастеровТворческая страница Антонова С.В.→☺

Из сорока четырех участников Великой Отечественной, которые в настоящее время проживают на территории района, мы побывали у четырнадцати – едем в первую очередь к тем, кто раньше не попадал в объектив фотокамеры, еще об одном, Иване Павловиче Гревцеве из Вепринца, в своем письме написала его внучка. О многих из ныне живущих фронтовиках районка рассказывала в разные годы, а до конца текущего мы побываем у всех. К сожалению, есть потери: 6 апреля ушел из жизни участник Орловско-Курской битвы Алексей Владимирович Хохлов, не доживший до своего 87-летия в мае. На фронте солдат настигали пули и осколки от снарядов, сегодня – старые раны, болезни и возраст. Уходят ветераны, а мы спешим к ним, чтобы открывать для себя новые страницы самой страшной войны прошлого столетия. Их осталось только сорок три человека…

В Туровецком треугольнике

От Покровского до Черногрязки (Туровца) – двадцать с «хвостиком». 23 апреля, когда мы добирались до родины фронтовика Ивана Андреевича Тащилкина по грязи, показалась, что попали в беспросветную глушь. Настолько тягостное сложилось впечатление от посещения деревни, которая еще значится на карте. Три дома, что здесь обозначены в качестве жилых,  – Тащилкиных, Тимошкиных и Васиных – находятся друг от друга в полукилометре и образуют треугольник. Так и напрашивается: Бермудский треугольник, в котором бесследно исчезает прошлое. И сегодня-то, когда природа только-только просыпается от зимней спячки, пустырь в сухом бурьяне, а что будет, когда растительность наберет силу – от одного дома другого не увидишь. Черногрязовский или Туровецкий треугольник: эта деревня имеет двойное название, об этом говорят выходцы из этих мест, что подтверждается и отметками в паспорте. Острые края у этого треугольника, нелегкая судьба у нашего героя, больно доставалось ему в жизни.

В доме Васиных, в который мы вначале зашли, были удивлены и вместе с тем обрадованы визиту нежданных гостей. Хозяйка дома, узнав кто мы и по какому вопросу пожаловали, живо начала рассказывать о дне сегодняшнем Черногрязки, но больше – о вчерашнем. Переехавшая сюда в середине 80-х и работавшая дояркой и заведующей фермой, она говорила о том, что «было здесь 4 фермы, поголовье коров доходило до четырехсот».

– Ничего не стало и практически никого, – подвела итог наша собеседница. И продолжила уже по нашему вопросу пояснять: – А Ивана Андреевича, вроде, сын забирает в Покровское, слаб он стал совсем. Ему бы жилье, обещанное президентом… Да вы сами все увидите.

Спустя несколько минут мы были у ветеранского дома, внешний вид которого красноречиво свидетельствовал: стены не видели ремонта многие годы. По левую сторону – фруктовые деревья, между которых пчелиные ульи (от былого пчелиного царства сейчас ничего не осталось – только в одном из домиков семья), позади хаты – двор, перед – колодец. У сарайчика о чем-то хлопотала женщина. Оказалось, дочь фронтовика. Предложила пройти в дом: там, дескать, отец, болеет, не выходит.

Прошли внутрь, по деревенским меркам дом большой, просторный, с двумя печками, но видно: по-настоящему в нем давно никто не убирался. На кровати около одной из печей лежал Иван Андреевич. И как только поднялся на наше приветствие и неуверенно, но с крепким словом в поддержку, пошел на свет, «в большую хату», стало ясно: фронтовик серьезно болен.

– Инсульт проклятый, – обронил Иван Андреевич. – Прошлым летом спасибо сын Колька на ноги поставил, месяц делал уколы. Маленько отошел. Но все равно – не тот дед. Забывать я, ребята, многое стал, вот ведь какое дело. Вы о войне поговорить приехали, это можно.

Но начал Иван Андреевич с детства. И каждый раз, когда воспоминания давались ему с трудом, солдат Великой Отечественной тихонько употреблял так любимые русскими крепкие выражения.

– Вы правильно сказали, что у деревни два названия: кто-то Черногрязкой прозывает, другие – Туровцом, – подтвердил Иван Андреевич. – Голодно в деревне было в мое детство. Хотя нас всего трое душ в доме у отца с матерью было – Егор, восьмого года, я и сестра Мария, она с 23-го. Я один остался. Отца, Андрея Фомича, рано не стало. Лошадь его на подводе уже мертвого привезла с Верховья. Что случилось, отчего умер в 26-м – так и неизвестно. Только Егору было 18 – большой, когда отец ушел, я – подросток, а сестре и трех не исполнилось.

– Бедно мы жили, голодно, – повторил фронтовик. – Четыре класса нашей начальной школы я закончил, мама, Татьяна Васильевна, хотела, чтобы я и дальше получал знания. Отправила в Журавец в пятый, только какая, сынок, учеба, если в голове одна мысль – поесть бы. Так, из-за голода, я и бросил ходить в школу. Мы с матерью тогда жили в той стороне, а здесь-то я дом построил уже позже, как женился.

Иван Андреевич на некоторое время замолкает, собираясь с мыслями, чтобы перейти к важному этапу в своей жизни.

– В октябре 40-го я служил на границе с Польшей, на станции Подсвилье, – продолжил, – до войны оставалось – совсем ничего. Я служил в 293-м пушечно-артиллерийском полку, в нашем распоряжении находились 52-миллиметровые гаубицы. Я служил в дивизионе звуковой разведки.

Война застала разведчика-артиллериста на учениях. Полк выехал в лагерь в район Витебска на стрельбища.

– Сорок восемь пушек взяли на стрельбища с собой из части, – говорит Иван Андреевич и ругается. – И только по три снаряда на каждую гаубицу. Отстрелялись и хотели  выдвигаться в расположение части, но куда там: пришло известие, что там уже фашист вовсю хозяйничает. А у нас – ни одного снаряда! Вот мы с нашими пушками и потопали на восток. Прицепили их к тракторам и… отступали, значит. Мы шли своей дорогой на восток, а немец – своей: кругом его танки маячили. Это надо: ни одного выстрела не могли по ним сделать, без снарядов-то какие из нас вояки. Так до Днепра и добрались. Переправились на наш берег, пушки рассредоточили, а стрелять – нечем. Ругался комполка Никитин, но держался при солдатах: а он побольше нашего знал.

Отступая от границы солдат Иван Тащилкин проклинал проклятых фашистов и уже тогда, тяжелым летом 1941 года взял сам с себя клятву: во что бы то ни стало вернуться на исходную.

– Жутко тяжело было бежать, – признается Иван Андреевич, – откуда силы брались верить в то, что это временно. Нехорошие мысли старался отбрасывать, а иначе бы – совсем несладко пришлось.

Уже под Смоленском Иван Тащилкин обессилел настолько – от недосыпания, голода, что замертво свалился в придорожную канаву. «Живот от голода – жрать-то нечего было – раздулся невообразимо». Хорошо танкисты подняли, посадили на броню.

– Мы думали в город идти, говорили, сто до него около 60-ти километров оставалось, но предупредили: «В Смоленске уже немцы!»

Иван Андреевич рассказал, как его сослуживец каким-то чудом достал сахар. «Вот мы его наварили и ели».

– Слышали, как играл однажды в одном из сел немецкий патефон, – зло роняет фронтовик. – Так хотелось дать ему уже тогда, чтобы не играли на наших нервах, но силенки были еще не те. Да, война – гадкое дело, никому не пожелаю испытать что это такое. Слушаю сейчас телевизор – много накануне Победы о войне говорят, а слезы сами по щекам катятся.

Он сдержал данное себе летом 41-го года при отступлении слово: вернулся на запад. С сентября 43-го по 9 мая 45-го года воевал сержант Иван Тащилкин уже в другом полку – 824-м гаубичном артполку. Он вернется на запад, вопреки всему, и будет брать Кенигсберг, казавшийся неприступным. И на груди его засияют медали «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», «За Победу над Германией».

Вернулся в Черногрязку в 46-м, успев повоевать к этому времени с японцами на Дальнем Востоке. За плечами пять лет войны, фронтовые медали. Надо было строить и жить. И строительство Иван Тащилкин начал с семейного дома. В том же году привел в родительский дом жену Сашу, Александру Дмитриевну. Работал в колхозе – «пастухом, кладовщиком, завфермой, молоко возил», и всегда у руководства был на хорошем счету.  В 47-м родилась дочь, Валентина, а затем и сын, Николай.  В детстве с дочерью произошел несчастный случай, который не прошел бесследно: с тех пор она – инвалид, жила вместе с родителями всегда, и сегодня они вдвоем с отцом. Александра Дмитриевна умерла в 85-м, накануне 8 марта.

Иван Андреевич в разговоре с нами обронил: дескать, работали в колхозе не жалея себя, строили дола, животноводческие помещения, мастерские, но вот незадача – сейчас становится понятным, что жизнь от этого в деревне лучше не становилась. Как это объяснить? – задается вопросом фронтовик.

– Вот и в Черногрязке три дома. Мне сын который год предлагает в Покровское к нему перебраться. Не хочу ехать, а сейчас, когда еле хожу, – и не знаю. Дрова вроде есть, внуки с сыном заготавливают, уголь припасен – не хочется бросать родной дом. Но и не жизнь здесь: вот вашу газету только раз в месяц вместе с пенсией приносят. Хоть и глаза мои плохо стали видеть, но газету подержать в руках все равно хочется. Зачем выписываю? По привычке. Спасибо коммерсант наезжает, продукты у него берем. Сын постоянно навещает. Кое-как перебиваемся.

– Ему бы квартирку, – вставляет пришедшая с нами поговорить по своим вопросам соседка. – Ведь он хороший дед, золотой человек. Вот он встал, чтобы с вами поговорить, а ему не просто это сейчас дается, но сказывается характер – сильный, волевой. Он всю войну прошел, с первого дня до победного! Разве он не достоин благоустроенного жилья в его-то состоянии. Разве не о таких президент говорит?! Он и к Кольке не хочет ехать только по одной причине: не хочет быть обузой, да к тому же там у него и сын с невесткой и внуками.

Девять дней до Победы. Десять дней до дня рождения фронтовика: 10 мая Ивану Андреевичу Тащилкину исполняется 90 лет.

С. Антонов.

 

ГлавнаяТворчество мастеровТворческая страница Антонова С.В.→☺
Нашли ошибку? Есть что добавить? Напишите нам: klub.mastera@yandex.ru
Облако тегов

Надоела реклама?

Смотреть панорамы Покровского: 360 градусов.


Внимание! Акция.

Создадим вместе, покровчане!


Мнения читателей
Последние комментарии:
15.02.2019
Эх! Найти бы фото Смирновской (Успенской) церкви!

04.02.2019
18.01.2019
Добрый день! 
Это автор списка (удалось зарегистрироваться, чтобы лично ответить).
Информация по результатам поиска содержит данные по следующим графам:

-ФИО;
-год рождения;
-место рождения;
-звание;
-должность;
-часть;
-дата выбытия;
-место первичного захоронения;
-причина исключения из списков;
-ссылка на источники.

Т.е. номера частей, именно они являются единицей классификации, наряду с местом захоронения, приведены по каждому воину.
Красным цветом выделена уточнённая на основе данных, в основном, ОБД Мемориал, информация.

Согласен, что не всегда точно определено место захоронения. Это, к сожалению, невозможно сделать только на основе имеющихся в публичном доступе материалов.
Но, если в списках захоронения указан хотя бы один павших воинов из донесения о безвозвратных потерях части, похороненный вместе со своими товарищами, то правомерным будет считать, что и остальные павшие с ним товарищи покоятся в той же могиле. Зачастую, когда проводишь поиск по документам, сталкиваешься с тем, что одного - два - нескольких из списка донесения о безвозвратных потерях увековечили, а остальных (порой несколько десятков воинов) - забыли.
Особенно это правомерно по отношению к перенесённым захоронениям. Иначе получается, что одних перенесли и увековечили, а других оставили и забыли.
Чем руководствовались совершенно непонятно.
И в паспортах захоронений указывали, что похороненных столько, известных столько - и, в основном, эти цифры совпадали.
Т.е. главное была не память о павших, а "красивая" цифра, которая показывала, что поиск провели, работу сделали, неизвестных нет.
А на самом деле, сотни павших остались забыты. 
Также считаю, что главным является именно увековечивание памяти павших. Допускаю, что определённая часть воинов покоятся не именно в этой братской могиле, а где-то недалеко, точное место захоронения утрачено. Но это не лишает их права быть на нашу память. 
И, как раз, нахождение точных мест захоронений - это предмет деятельности энтузиастов, проводящих именно полевой поиск.

13.01.2019
Cпасибо, Раиса Алексеевна, за добрые слова. 
А.М.Полынкин

13.01.2019
Спасибо краеведу – писателю ПолынкинуА.М. Покровского районного клуба творческих личностей «Мастера» за его
исторические материалы о людях разных судеб, за его неравнодушие к военным
событиям, покровчанам, самоотверженно защищавшим своё Отечество,
воинам-интернационалистам.Из Вашего материала «Град» наголовы душманов от Алексея Шаталова мы как бы получили живой рассказ о военных
действиях, происходивших в г. Кандагаре, о патриотизме
воинов-интернационалистов в боях на территории ДРА, о боли души его афганских
воспоминаний, память о которых не стирается с годами до настоящих дней. Кроме
того мы узнали и много новых сюжетов, о его стихах, переживаниях, о которых
даже мы близкие родственники не предполагали, т.к. разговор о службе в ДРА
всегда был очень кратким, без всяких эмоций, он никогда не выставлял свою
личную жизнь напоказ.Надеемся, что бывший старшийсержант Алексей Шаталов, ныне житель г. Курска, станет ещё одной составляющей
частью Вашего дальнейшего творчества.

С Уважением,
Раиса Алексеевна Сапелкина (Шаталова).

30.12.2018
Евгений, с наступающими праздниками и удачи в поисках в Новом году!
Думаю, что Вы просто ошиблись, называя захоронение в Ворово вороновским?  Автор исследования по захоронению в Ворово проверил каждую фамилию, у него есть и те, кто жив потом остался или в плен попал. А название воинской части у каждого из погибших ведь написано в прилагаемом файле - так, как в "Списке безвозвратных потерь". И я Вас обязательно познакомлю друг с другом!

30.12.2018
Александр Михайлович, увековечивание - это хорошо, но к этому надо подходить очень и очень осторожно и архиаккуратно. Дело в том, что пока поисками не найдено первоначальное захоронение близ Ворово. Примерное место определено. По возможности будем его проверять, но, сами понимаете, что делается все это не так быстро. Далее, в Донесениях обычно указывается не столько место первоначального захоронения, сколько место гибели, а вот конкретное место следует уже документально, фотографически и с помощью свидетельских показаний подтверждать устанавливать. Слишком много у нас бутафорных захоронений. Так называемые паспорта - это филькины грамоты. Перед увековечиванием обязательно нужно провести дальнейший поиск по персоналиям, включая архивы МВД и ФСБ. Частенько бывает так, что солдатик внесен как погибший, а на самом деле попал в плен или пропал без вести... Вот на что нужно потратить силы и время. А списки более-менее готовы. Официально увековечено 95 тыс., а списки на увековечивание - уже несколько сот тысяч. Никто не забыт и ничто не забыто?! Будет время, попробую поюзать вороновский список. Кстати, пора меня познакомить с автором списка. Он делает хорошее дело, но допускает промахи. Самый большой из них - это то, что он не проставляет номер воинской части, а это очень нужно делать. С наступающим, однако! Желаю Вам всего-всего. Остальное - украдём...

12.06.2018
Мой отец Маяков Николай Николаевич 1925 г.р. тоже служил в 558 Гаубичном Артиллерийском Краснознаменном полку, 35 Гаубичной Перновской бригаде, 15 Артиллерийской Ленинградской Краснознамённой и ордена Суворова 2-стюдивизии прорыва РГК.


Погода

Регистрация

Мы рядом

 Индекс цитирования Клуб "Мастера" 2.0 ©  2011г.-2019г.