Начало – здесь
Продолжение
Продолжение-2
Продолжение-3
Вопрос четвертый.
Как Вас теперь называть?
(из названия фильма).
Как назвать человека, который сумел объединить под своим руководством более 100 тысяч вооруженных бойцов, закаленных в невероятных условиях немецкого каторжного плена.
Они подчиняются этому человеку безоговорочно, разделены на роты, батальоны, полки. Имеют все структуры воинского подразделения: штаб, разделенный на отделы, включая Особый, войска (а как по другому их назвать?) мобильны, так как имеют свой автотранспорт. Имеется даже свой Ансамбль песни и пляски, с большим успехом гастролирующий по всей Норвегии.
С этим человеком ведут переговоры англичане и американцы. И это переговоры на равных. Король Норвегии Хокон просит, что бы его пригласили на концерт вышеупомянутого Ансамбля.
В течение апреля-мая 1945 года на территории Норвегии сложилась ситуация более чем интересная: союзники (англичане и американцы) только собираются высаживаться, король Хокон еще в эмиграции в Англии, советские войска, освободив север Норвегии (район Петсамо) ушли за свою границу, а в Средней и Южной Норвегии располагаются вооруженные формирования профессиональных бойцов под Красным флагом, в прочном союзе с Хаймат-фронтом – патриотическом антифашистском объединением норвежцев, явно симпатизирующих русским (и тем, кто разгромил Германию – высок авторитет СССР!, и тем бывшим узникам, которые оказались с оружием в руках на территории королевства).
Фамилия, имя, отчество и звание Командующего объединением бывших узников, превратившихся в полноценную Армию: подполковник Новобранец Василий Андреевич.
Так мы ответили на Четвертый Вопрос.
Должность у него явно генеральская, а звание …дело конечно не в звании.
Как он «вырос» до такого уровня, следует рассмотреть.
То огромное количество людей, оказавшихся на положении пленных в силу разных обстоятельств, в первую очередь, трагедии окружений 1941-1942 г.г., требовало от немецких властей их организации .
Организация пленных была направлена на истребление.
Первый уровень истребления – политические работники, евреи, цыгане …сразу, на месте.
Следующий уровень – это отделение командного состава от рядового: командный состав, как правило, пытаются склонить к сотрудничеству с оккупантами; рядовой состав, лишенный организации, используется как расходный материал, попросту говоря, рабочий скот. Хотя отношение к домашним животным в Рейхе и оккупированных территориях было значительно лучше, чем к нашим пленным.
Те, кто отказывались от сотрудничества, подвергаются экзекуциям и используются на самых тяжелых работах, обречены на медленное умирание…
Следует добавить, что кроме «обычных» концентрационных лагерей существовали «лагеря смерти», в которых реализовывались расовые теории гитлеровцев. К таковым можно отнести Освенцим, Бухенвальд, Треблинку, женский Равенсбрюк и даже детский Саласпилс. В этих лагерях практиковалось массовое уничтожение людей, использовались газовые камеры. В лагерях смерти были организованы так называемые «медицинские блоки», где в интересах, в первую очередь, вооруженных сил Германии, проводились бесчеловечные опыты над людьми.
Подобные лагеря были «штрафными» для лагерей «обычных».
Администрация лагерей прилагала максимальные усилия для «подавления» личности узников: экзекуции должны были посеять страх, безобразное питание заставить людей соглашаться «за лишнюю пайку» на все, провокаторы должны были выявлять тех, кто не сдавался. Практиковалось перемещение узников, чтобы не имели они возможности установить прочные связи для организации подполья. И, как было указано, малейшее неповиновение грозило казнью или перемещением а «штрафной» лагерь.
В этих условиях такие люди, как Новобранец, сумели организовать подполье.
Главная задача - борьба.
В разных формах: саботаж, агитация, подготовка восстания, как высшей формы борьбы. Особое место занимало противостояние с пособниками немцев: от разного рода националистов - бандеровцев до власовцев. Пособники сумели часть людей завербовать в свои структуры, но часть малую и мотивация у завербованных большей частью была одна – лишний кусок хлеба; много с такой армией не навоюешь. И очень часто находили этих вербовщиков с проломленными головами (пример Меандрова).
Новобранец был профессионал-разведчик, и его советы по структуре подполья и конспирации сыграли существенную роль в том, что подполье вскрыто не было, получало информацию о положении на фронтах и распространяло эту информацию среди узников.
Какое мощное воздействие имели новости о наших победах под Москвой и Сталинградом, на Курской дуге! Несчастные пленные обретали главное – надежду на освобождение и нашу Победу!
Новобранцу довелось пройти концлагеря на Украине. Польше, Южной Германии. И везде он и его товарищи, как могли, работали на нашу Победу.
Подтверждение находим в следующих строках:
«Лучшим свидетельством и оценкой нашей деятельности может служить следующая выдержка из книги В. Ульбрихта «К истории новейшего времени».
«В конце 1943 г., — пишет Ульбрихт, — когда деятельность АДЕФ и БСВ достигла наибольшего успеха, военнопленные советские офицеры располагали разветвленной организацией сопротивления в Южной Германии на огромной территории — от Карлсруэ до Вены, насчитывающей в своем составе несколько тысяч человек, объединенных в боевые подразделения и частично вооруженных».
И вот Норвегия. В северной стране выжить узникам очень сложно, но борьба не останавливается. Самой удобной её формой является саботаж. По-другому бороться (были и другие, активные формы борьбы) означало сразу погибнуть. Подполье не хотело давать врагу шанс просто перебить узников.
Но и саботажа вполне хватало, чтобы наносить врагу непоправимый ущерб. Причем, некоторые действия носили, как бы помягче сказать, очень знакомый нам характер.
Судите сами.
Самым дефицитным ресурсом в Рейхе, уже в 1943 году, были отнюдь не боеприпасы (например в оккупированной Чехии производили боеприпасы и военную технику вплоть до поражения немцев, после работы «трудолюбивые» чехи шли пить пиво; какая уж тут борьба!), но продовольствие. Заключенных использовали на разгрузке/погрузке продуктов питания, и очень часто в товарных вагонах была серьезная недостача, скажем, мешков с мукой. Немцы слабо контролировали этот процесс: для них хищения были невозможны в принципе…
Когда заключенных отправляли на буровые работы в каменоломнях, буры так загоняли в гранит, что извлечь эти инструменты было невозможно. Немцы пытались обучать заключенных «правильному» использованию буров - бесполезно,
«…ну не обучаемы эти русские» - сокрушались наивные немцы…
В камнедробилки летели камни, которые не дробились, зато сами камнедробилки приходили в негодность, немцы выбрасывали со складов испорченные продукты , но эти продукты вновь появлялись там и грузились в эшелоны обеспечивающие войска – для гитлеровцев было однозначно ясно, что если продукты выбросили, то они не могут больше появиться на погрузке …могут!
Один раз уронили в пропасть крупнокалиберное орудие – поднять не сумели.
Враги попытались стимулировать труд заключенных: за вывезенный вагонетками камень полагалась премиальная «пайка» хлеба. Заключенные докладывали, что план по вывозу выполнен и перевыполнен.
– «…пайку давай, начальник!» -
первоначально немцы считали, убедившись, что премия помогает выполнению плана, считать перестали – на слово верили. И совершенно напрасно: хлеб получали заключенные, а количество отгруженных вагонеток не увеличивалось - уменьшалось…
Охрана пыталась бороться с саботажем путем экзекуций, но тщетно…
Еще немного об ordnung”е.
Очень не хотели комендант и охрана лагеря, где был Новобранец, попасть на фронт. Там шанс выжить близок к нулю. Но если заключенные будут явно «волынить», то коменданта и охрану точно ждет Восточный фронт.
И комендант находит выход.
Дело было в 1944 году.
Выстраивается на плацу весь лагерь, комендант обращается к заключенным с речью. Если коротко «озвучить» основные мысли выступления, то сводились они к следующим.
« Я вижу, что вы саботируете…, из-за этого меня могут наказать отправкой на фронт, как не справляющегося, а вам пришлют коменданта-зверя. Саботируете, ладно, но делайте это незаметно. И вам хорошо, и мне».
Вот такие настроения…Ничего не вышло: коменданта и часть охраны на фронт отправили, следующий комендант действительно зверем оказался…но приближался конец войны, и зверствовать стало опасно, а кто мог из начальства, прихватив ценности, бежал в Швецию – рядом было.
Это ещё к вопросу о «знаменитом немецком порядке»…
Норвегия находилась на периферии войны, но и там становился понятен её финал. Гитлеровцы боялись, что придется отвечать за зверства, ими учиненные. Стремились каким-то образом обеспечить свою безопасность. Если в плен, то только не к русским. В конце апреля 1945 года солдаты охраны стали рвать портреты Гитлера, а 6 мая 1945года комендант лагеря заявил, что есть приказ передать лагеря с русскими пленными англичанам.
Тогда подпольный комитет принимает решение легализоваться и взять лагерь в свои руки. Происходит митинг, на котором принимается решение разоружить охрану, военная подпольная структура превращается в 1-й Офицерский полк, 1350 человек, единогласно, голосуют за назначение командиром полка Новобранца В.А.
Это было последнее проявление демократии, далее начинает действовать не митинговщина, а приказ.
- охрана разоружена без боя и сопротивления, и заняла место в бараках;
- установлен тесный контакт с Хаймат-фронтом;
- распределены штатные должности в полку.
Пошла цепная реакция: во все лагеря военнопленных отправлены представители 1-го офицерского полка, в каждом лагере формируются военные подразделения, подчиняющиеся Новобранцу. Там, где противостоят его приказам, пытаются привести ненадежных людей к командованию, жестко проводит он свою линию.
Командир уже (!) дивизии.
А в чем его линия? Все предельно просто. Новобранец считает сформированные части ничем иным, как подразделениями Красной Армии – это подчеркнуто всем: действует красноармейский Устав, проходят необходимые для армейской службы занятия, над всеми лагерями, теперь они военные городки, подняты Красные флаги.
Англичане, играющие главную роль в Норвегии, пытаются доказать Новобранцу, что следует установить статус «перемещенных лиц» для бывших пленных. Получают твердый отказ и вынуждены признать статус военный для бывших военнопленных.
А что они могут сделать с закаленными долгой борьбой вооруженными людьми?
Новобранец стремится войти в контакт с советской военной администрацией.
Получается не очень и не сразу. Видимо, в Москве толком не могут разобраться со статусом армии, (теперь уже армия!) под командованием подполковника Новобранца.
Если бы их освободили, скажем в ходе наступления, то все было бы ясно: проверка в фильтрационных лагерях и решение.
А здесь более 100 тысяч вооруженных, и по-армейски, управляемых людей, они находятся на территории зарубежного государства.
Задача сложная и достаточно необычная для соответствующих советских «органов», и решение затягивается.
Новобранец ищет выход, встречается с военными из советской администрации, измученные долгим пленом люди хотят одного: скорее вернуться домой, они очень верят в то, что их там ждут.
Но вопрос не решается…тогда Новобранец обращается с просьбой ускорить репатриацию к королю Хокону.
Интересные у них установились отношения: глава государства считает Новобранца своим другом, подчиненных Новобранца гостями Норвегии. Думаю, что иметь в гостях 100 тысяч вооруженных людей не очень, все-таки, королю нравится.
Он пишет Сталину письмо с просьбой помочь в репатриации.
…И тогда пришли корабли. Они доставят на Родину стремящихся туда всей силой души людей…
А на Четвертый Вопрос мы уже ответили.
(продолжение следует)
Читайте также:
Нашли ошибку? Есть что добавить? Напишите нам: klub.mastera@yandex.ru
| 
Творчество Мастеров 
Творчество всех членов клуба 
Творчество наших читателей 
Библиотека 
История Покровского края 
История Орловского края
Покровская районная библиотека
Мир духовный
Заметки на доброту дня
Фотографии Покровского края 
Видеотека
Поездки и заседания
Доска объявлений 
Новости 
О сайте "Мастера"
Обратная связь
RSS - лента 
Виджет для Яндекса 
Приложение для Android
